Публикация начиналась с замечания, что имя Десницкого как библеиста широко известно, хотя сам автор текста, по его признанию, ни разу его не видел. Поводом для разбора стал выпущенный Десницким новейший перевод на русский язык «Послания к галатам» апостола Павла, предлагаемый как «общедоступный».
Спорные места перевода
Автор публикации перечисляет несколько мест, где, по его мнению, перевод Десницкого расходится с Синодальным. Вместо восклицания «Да не будет!», которое, как отмечается, сам Десницкий приводил как возможный вариант, в переводе стоит «Ни в коем случае!». Автор связывает эту формулировку с тем, что, вероятно, Десницкий и Ася Штейн говорят друг другу в семейной повседневности.
В другом месте, где в Синодальном переводе сказано «Так и мы, доколе были в детстве, были порабощены вещественным началам мира», у Десницкого читаем: «Так и мы, пока оставались младенцами, были подчинены элементарным и материальным правилам». Автор называет это заменой «ёмкой онтологической метафоры» на «суконные» слова.
Строку «Вы шли хорошо...» Десницкий, по словам автора, передаёт как «Вы прекрасно совершали свой забег». Автор замечает, что даже если в греческом оригинале стоит слово «забег», переводчику следовало бы иметь «русское же ухо».
Наконец, отрывок «Впрочем никто не отягощай меня, ибо я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем» в переводе звучит так: «И пусть впредь никто не доставляет мне лишних трудов – мою принадлежность Иисусу доказывают следы на моем теле». Автор отказывается это комментировать, чтобы, по его выражению, не впасть в «богохульную скабрёзность».
Из предисловия к переводам приводится признание Десницкого, что, будучи студентом первого и второго курсов филфака МГУ, он «не понял практически ничего» в новозаветных посланиях. Автор заключает: «Время идёт, а люди не меняются».
Колонка «Побег из Церкви» и отклик священника
Вторая часть публикации посвящена колонке Десницкого на Газете.ру под заголовком «Побег из Церкви». Священник Святослав Шевченко, комментируя её, писал, что слово «побег» может означать уход только оттуда, где человека насильно удерживали. По его словам, после прочтения возникает ощущение, что автор «уже сидит на чемоданах».
Шевченко приводит ключевую, по его мнению, фразу из текста Десницкого: «Когда-то они или, точнее, мы приходили в церковь как в мир, иной по сравнению с унылой советской пропагандой или буйством дикого капитализма». Священник толкует её так: люди приходили не ко Христу, а искали «островок оппозиции существующей действительности». Он утверждает, что, когда Церковь перестала быть оппозицией, она стала для них неинтересной, и задаётся вопросом, не лучше ли, что такие люди выходят из Церкви.
«На мой субъективный взгляд, опасность для Церкви именно в том, что такие интеллигенты все-таки останутся в ней при потерянном интересе», — писал Шевченко.
По его мнению, оставшись, они превратятся в оппозицию внутри Церкви, например, чтобы бороться за «честные выборы».
1
